kislaya

Женя Кац

janemouse рассказывала про своё примечательное детство

, и задала вопрос -
что вы делали в детстве именно с одним папой, без мамы?

Остапа понесло. Я написала комментарий на 4380 знаков, жж сказал, что это слишком длинно и сожрал его. Я воссоздала его тут же по памяти сократила чуть-чуть ( чтобы влез!) и ...
Не могу не поделиться!

...Мой папа был в детстве для меня всем. Он носил меня как младенца на ручках, пел "Буря мглою небо кроет". Он засовывал меня сонную в подогретые на батарее колготки утром и вез н санках в садик. Каждый вечер он мне рассказывал сказку "Динь Диньку" про собачек Тобика и Бобика, это был сериал о дворе матушки Гусыни. В 5 лет я начала сочинять свои сказки, а потом мысленные романы, остатки коих затаились в углах моей памяти.

Все мои игры связаны только с папой. Мама не любит играть, бабушка и дедушка старенькие, старший на 11 лет брат игнорировал меня. Папа играл со мной в карты, в кости, в монополию, в Эрудит, в лото, в европу-рейс, в настольный футбол и хоккей, в балду, виселицу, великих людей, в буримэ, в шарады, в составление слов из длинного, в морской бой, в мячик, учил кидать шишками в цель, делать блинчики на воде, он рисовал мне домики, человечков и заборы, писал мне смешные стишки.

Он всегда меня занимал и развлекал ( и я веду себя с людьми так же), рассказывал мне про детство, юность, всякие истории, пересказывал мне кино — про Чаплина, про Касабланку, про Юла Бриннера, про Маленькую Веру! Он так мне рассказал про Веру что я пошла и посмотрела фильм как социальную драму! а не как кино про секс!

Всё моё книжное существование от отца. У нас было 10 т книг дома и огромная детская библиотека. Я до 30 лет не читала ни одной книги, которую бы мне не дал в руки папа. Я помню все свои детские книги дословно. Все. Когда мне было 30 родители уехали в Израиль и я плакала — как я буду жить? что читать? так я плачу по сей день.
Папа, на фоне библиотеки со своим ближайшим другом Анатолием Шаровским, эстетом и интеллектуалом, коллекционером - старейшим судебным медицинским экспертом нашего города. (Дядя Толя умер так как все бы хотели. Пришел на работу, сел за стол , начала читать документы по очередной экспертизе и мгоновенно умер. Ему был 81 год. )

Мы постоянно обсуждали книги и кино. Играли в викторины по 12 стульям. Папа размечал телепрограмму — что интересного, и газету — кому что дать почитать. Самые смачные места зачитывались вслух ( типа колонки Мостовщикова в Известиях!)

Он не читал мне вслух, я читала с горшка. Но он читал стихи — в любой ситуации — Багрицкого. Киплинга, Гумилева. Мандельшама, Светлова, Лермонтова, Пушкина ( он в душе пушкинист), потом разумеется Бродского, Веру Павлову, Бориса Рыжего. Он мог читать стихи сутками.

Он пел мне песни. Окуджаву, Высоцкого, Городницкого, Вертинского и весь блатной и дворовый шансон. Кейптануский Порт, Наша Гавань. мурка. стоя я раз на стреме, Девушка из Нагасаки ( сына я тоже этому научила). учил фене, учил правилам бриджа и пиратским словечкам.

У него был длинный отпуск преподавателя и каждое лето мы ездили — в Плес, в Таллинн, в Юрмалу, в Абхазию. на теплоходе...
Питер 1990

Потом пару недель в нашем уральском лесу на базе. Он варил мне макароны. Потом я уже варила ему макароны с тушенкой :) Мы играли в карты, он учил меня плавать, мы собирали грибы и читали особенно интересные Отпускные книги — Детективы! И рассказывал что такое стрельба по македонски! и кто такой Джеймс Бонд! И что Пушкин был влюблен в Каролину Собаньскую, а ее сестра Эвелина Ганская была любовью Бальзака. И мы составляли списки книг на необитаемый остров.

Все мои друзья его обожали. С 7 лет он устраивал мне детские дни рождения, мои гости играли с ним в Барыня прислала сто рублей, и в фанты, и он вешал на веревочку маленькие сюрпризы и их надо было срезать с закрытыми глазами. И все новогодние каникулы дед мороз приносил мне по подарочку каждую ночь! и я так делала своему сыну. Да со мной даже мальчики знакомились не потому что я была красавицей 15 лет ( а я была) а потому что у меня был клёвый маленький смешной еврейский папа, поразительно интересный, приветливый и добрый.

Папа рассказывал мне про Муция Сцеволу и маленького спартанца с лисёнком когда вытаскивал из меня занозу. Он дарил мне ключики и замочки, свистки и бильярдные шарики, и ставил мне пластинки — и не только детские, Жванецкого например, и на 16 лет подарил мне Лолиту и я читала и краснела ушами... И его нет, а я сирота, я живу без папы и не знаю что читать, с кем играть, и я живу за него и для него — люблю людей, рассказываю истории, советую книги и фильмы, привечаю друзей в доме, переписываюсь с его живыми еще друзьями, коим уже по 88...

Хочу написать книгу про родительский дом— Дом на площади, парафраз Трифонова.