kislaya

У меня есть правило. никакого нового путешествия, пока не отчиталась по прдыдущему. Поэтому зимой вы читали про летнюю Корсику и Ниццу, а летом придется дочитать про нашу зимнюю Вену.
Вот, мы тут в отпуск едем... Так что...
Крепитесь. Ещё две части про Вену с фотографиями без художественной ценности.

Дорогие радослушатели! Предлагаю прослушать песнь песней на тему нашего отпуска и его собственно второй Венской, неторопливой части.
Итак, соблюдая хронологию, выехали мы из Будапешта ранним утром...

Уже около половины десятого утра мы въехали в Вену, заселились назад в нашу гостиницу Альфа, сдали наш Мерсик обратно Гетцу и потрусили на Нашмаркт.

Вовкина мечта - блошиный рынок по субботам на Венском городском рынке. Он когда-то видел тут железнодорожный фонарь, а также Розеттский камень и мощи фараона- и всё недорого! Вот мы и побежали со всех ног.
Путеводитель сообщил нам, что подлинным, нетуристическим центром Вены является место Карлсплатц, вовсе не площадь как можно подумать из названия, а неопределённой формы место, включающее в себя парк, улицы и здания. Раньше здесь кипел городской рынок, но теперь вся суета сосредоточилась в огромном подземном переходе - однако мы туда не спустились, а там обещали кафе, магазинчики, наркодилеров, негров, ларьки...

Пробежали мы мимо главной барочной церкви Вены - Карлскирхе, гигантское сооружение с огромным куполом и двумя витыми колоннами. Честно говоря, Карлкирхе несколько идиотское строение, изобилующее архитектурными стилями - там намешано всё: греческий портик, римские колонны, христианский купол и восточные верхушки боковых башенок. Не то мечеть Омара, не то Собор Святого Петра.

Прошли мы и мимо Сецессиона, тоже весьма странного здания неясного, но высококультурного профиля, украшенного золотыми цветами и листьями, будто бы гигантская гроздь сирени (или наоборот - цветная капуста) упала на крышу какого-то сурового склада.

Свернув налево, мы оказались на Нашмаркте. Огого, - подумали мы. Во-первых в Австрии была уже весна и рынок был заполонен цветами - в горшках, с контейнерах для рассады, вербой в вязанках ) предстояло вербное воскресенье...
Желтые, фиолетовые анютины глазки, пунцовые клематисы…

Во-вторых - Куча Еды. Всякой и очень аппетитной. Мини-перчики, нафаршированные мягким сыром, ведра с хумусом, фалафельки - предлагаемые к дегустации, сырные витрины, сырокопчёные мясА, горячий турецкий фастфуд- свежепожаренная рыба вложенная в свежую же белую булку, самсы из нежных слоев теста с сырно-шпинатной начинкой, с мясом и сыром, баклажановые рулетики, огромные горячие батоны, посыпанные кунжутом, свежая , бьющая хвостом рыба, устрицы, мидии, фруктово-овощные развалы с максимальным охватом экзотики - вплоть до дуриана!

Но наш путь лежал чуть дальше - к блошином рынку. И мы туда добрались, в пути хлебнув глинтвейна и сожрав халявного фалафеля.

Венская блошка выглядит так - несколько рядов столов и растянутых прямо на земле простынок , густо уставленных всяким антиквариатом, старьем и просто хламом. Между рядами ходит плотная толпа, щупает, нюхает, пробует на зубок, приценивается и торгуется. Торговцы делятся на две категории. Первая - профессиональные торговцы. Они явно перекупщики, у них основательные столы, более-менее тематический подбор продаваемой ерунды. И цены - весьма основательные. Там есть старинная бронза, есть какие-то псевдопервобытные черепки, фарфор, керамика, гипсовые фигурки, старинная и стилизованная под старину мебель, открытки, фотографии, часы, чернильницы, бинокли...
У такого торговца мы купили только две - но самые ценные вещи. Две гравюры.

Про гравюры- небольшое лирическое отступление. Жители Челябинска, к коим отношусь и я, обычно думают, что гравюра - это Златоустовская - то есть на металле, с золочеными элементами, пошлая декоративная народно-промысловая картинка. Но вообще - это вид графического искусства, оттиск на бумаге с гравировальной доски, и в норме гравюра - это нечто типа Дюрера, иногда цветное, чаще черное белое. Мы купили две гравюры- цветную и раскрашенную черно-белую, потом покажу. Я их уже оформила!

Второй тип торговцев - это, неполиткорректно выражаясь, цыгане. И цыганки. Классические, в шубах, с платках, с золотыми зубами, в меховых шапках, с цигарками в зубах, с золотыми самоварными кольцами и часами... Прямо на земле расстелены клетчатые скатерки и цветастые простынки и там густо насыпана всякая не старинная, но зачастую старая дрянь. Щербатые чашки, сломанные компасы, одноногие балеринки, погнутые паровозики... Такое впечатление, будто обчищены старые дома или ближайшие помойки.

Мало нам домашнего хлама. Я купила там сувенирный медный утюжок( размером с куриное яйцо), фарфоровый паровозик неясного назначения того же размера - я туда поставила зубочистки, настенный барометр (современный китайский, но внешне похожий на старинный). Таня нарыла несколько невесомых чашек японского фарфора, некоторые с ручной росписью. По евру штука!
И ножик - нам нечем было резать ~~закуску~~ дыни!

Примерно каждые полчаса мы дегустировали новый сорт глинтвейна,

И, наконец, ~~напились~~ проголодались. Самый активный продавец завлек нас и стал давать нам на Попробовать! Продавце был ражий детина, с ручищами как у мясника и он очень бойко говорил по-русски с украинским говорком. Пока мы пробовали его снедь он также бойко зазывал австрияков по-немецки, туристов по-английски, а кем-то поговорил даже, кажется, на итальянском языке. Мы, офигевши, спросили, откуда такой полиглот - он сказал, что словак (или словенец?).
Словоохотливый продавец посоветовал нам пройти чуть-чуть по рынку и напротив рынка будет сквер, где можно закусить. Накупили мы у него всякой всячины – тех самых няшек, перчиков, баклажанов, сыровяленого мяса, оливок, сыра ( дорого кстати!) и уселись на указанной нам детской площадке неподалеку. Ладно, не на детской. На площадке для поздних завтраков!

Меж тем клонилось к четырем часам. Мальчики наши устали от рынка и глинтвейна, и пошли в отель передохнуть. Девочки бодро порысили по Мариахильферштрассе, главной торговой улице Вены, проходящей как раз параллельно Нашмаркту. По пути домой мы увидели очень симпатичное заведение. В окнах маленькой кафешки-барчика сидели совы, летали совы и висели совы. Совы были деревянные, меховые, нарисованные. Заведение называлось Kоetzhen (Совушки). От него правильно пахло – богемой, субботним вечером и расколбасом.
Вернувшись в отель мы обнаружили, что нам дали худшие номера , чем в первый раз. На букинге ругали номера на первом этаже ( втором этаже по настоящему-то). Там пахло! И номер был внешне такой же как этажом выше, но хуже! Тут у нас случился небольшой конфликт. Я хотела, чтобы Вова на своем хох-дойче попросил нас переселить, а Вова резонно возражал, что у меня галлюцинации и он не собирается объяснять « чем мне там пахнет».

Ну, как всегда в сложной ситуации, я собралась ( тряпка!) и на пальцах и английских предлогах поговорила с тетенькой на рецепции. Та мило поулыбалась и сказала, что никаких проблем, завтра утром они нас переселят. Коммуникация состоялась!

Немного передохнув, мы пошли гулять от Ратуши к ложноготической церкви Вотивкирхе (такие два хрупких длинных купола-башни, подражание Кёльнскому собору.

После решено было покататься на трамвайчике по Рингу от ближайшей к намогромной станции Шоттентор. Тут путеводитель нас немного подвел – он уверял, что маршруты 1 и 2 ходят по Рингу в противотоке. Однако номер первый увез нас фактически в Венский лес. Но мы ловко пересели в обратном направлении и скоро девочки повели мальчиков под узцы в присмотренный кабачок Совушки.(Käutzchen Neustiftg./Gardeg) Его искали долго, замерзли, выдохлись и чуть было не пали духом. Но! Нашли и вошли!
Это было нечто. Вот серьёзно. Я тоже была молодой, я бывала рысаком, я тусила и клубилась и помню клуб Пропаганда, Четыре комнаты и даже дискотэку Утопия образца 1998 года. Но в моем мозгу все эти годы жило представление о том, как должен выглядеть угарный кабак в субботу вечером. Вот Совушки и жгли.
Внутри были сумасшедший интерьер – эклетичный, клёвский, сумасшедший, непафосный, модный – просто ВАУ:

Помимо ужасно доступных цен и невероятного количества народу это было стильное, молодежное и очень веселое место. Орал жесткий рок. Юнцы пили пиво стоя. Клубы сигаретного дыма овевали двух элегантных унисексуальных лесбиянок, говоривших по английски. Лесбиянка выглядели как Шинэйд О Коннор и Арбенина на свидании.
Мы демонстрировали свою гетеросексуальность:

( найдите 10 отличий!)

У стойки бара стояло антикварное зубоврачебное кресло с недобрыми фиксаторами головы.

Совы высовывались из-за подоконников, свисали с карнизов, громоздились на полках.

Хотелось спереть сову!

Меню было разрисовано совами – сестрами кота Саймона.

Мы сожрали шницелей, пару огромных салатов, обпились пива и заплатили около 70 евро за всех!

Кто-то как обычно уснул:

Из Совушек собутыльники потекли домой все во впечатлении. Был бы у меня такой паб возле дома я бы спилась на фиг, так там было крутански!

Утром мы таки переехали в новые номера. Портье на на новой смене была ужасно неприветлива. Сквозь зубы она сказала- вынесите Ваши чемоданы в холл. Вынесли. Пойдемте, говорит, покажу Вам новые номера, чтобы Вы убедились, что там ничем не ПАХНЕТ. И настояла на своем. Я сделала ей неприятное лицо, сказала, что мы уже жили в этих номерах, но мы конечно понимемся и понюхаем ещё раз.
Не дело персоналу гостиницы так уж выгибаться, тем более, что не нам первым первый этаж не понравился.
Я все написала в отзыве на букинге!

Воскресенье был день культурки. С самого утра мы потекли в музэй. Сразу в самый главный – в Художественно-исторический музей. Он находился совсем рядом от Ратуши, через Бурггартен – площадь Марии-Терезии, где в центре – Сама тяжелозадая сидящая императрица, а по бокам от неё два одинаковых музея упомянутый – и Музей естественной истории.

Перед галереей стоял странный вагончик, заглянув внутрь которого можно было увидеть основные шедевры в режиме слайд-шоу.
Танечка ( вся в белом) сует свой любопытный нос в сокровищницу венской живописи

Я как известно люблю музеи с картинами и не люблю все остальные ( кроме магазинов!!!!!). Поэтому ни в какие сокровищницы Хофбурга мы и не собирались.
Этот музей был совершенен. В нем было много прекрасного, но не слишком много. Его размеры позволяют изучить всю экспозицию одним разом и не одуреть, и не пресытиться, и не объять необъятное. То есть не галочку поставить – мол в НЙ был, в Мет ходил – а вдумчиво побродить, повникать. Самые вкусняшки музея – что запомнилось:
- Вермеер «Аллегория живописи». Я Вермеера видела только в НЙ, но туда на него я специально ходила несколько раз. Рассматривала портьеры, блики света на напольной плитке. «Аллегория живописи» имеет непонятный сюжет ( как впрочем и почти всё у Вермеера) и очаровывает игрой света, тени, мягкостью и натуральностью фактур. Это реалистично как фотография и нереально смягчено, затуманено дымкой, очень странные и прекрасные снимки-отпечатки из прошлого.

- полно знаменитого из Питера Брейгеля, многофигурные композиции – Детские игры, крестьянский танец, Крестьянская свадьба.

- странный чувак, который рисовал головы в виде корзин со снедью – Джузеппе Арчимбольдо.

- мой обожаемый Лукас Кранах старший ( у меня был его альбом, и я обожаю Кранаховский тип лица с узкими глазами, подбородком, со скулами, с лисьим носом - эдакая Анастасия Вертинская всех мастей.

Много мясистого Рубенса, много гламурного Ван Эйка ( обожаю его детские и женские головки).
- две красивые голые тети в мехах – Лаура Джордоне и Обнаженная в мехах Тициана. Я читала в детстве замечательную книжку про Сурикова «Дар бесценный», написанную его внучкой Натальей Кончаловской ( по совместительству женой Сергея и мамой Андрона и Никиты Михалковых. До сих пор не могу понять, как такая женщина оказалась среди таких … местами талантливых, но очень нехороших людей). Молодой Суриков ходил смотреть на Тициановскую Венеру перед зеркалом много раз. Эти рыжие сдобные красотки Тициана так косят своими горячими глазами, так неблагостны и страстны!

В музее была небольшая заманушка. Музей Очень Богатый и Дорогой. Там такие колонны, такие лестницы, такие потолки… И вот когда мы были можно было подняться по специально отстроенным лесенкам-лесам к самому портику, расписанному Климтом:

Опосля удара по культурке захотелось обедать. Путеводитель подсказал нам, что в ресторане Илоны Штюрбель на Бойнерштрассе в самом центре Вены, буквально по дороге от МихаельКирхе к Собору Святого Стефана подают венгерскую кухню. Нам после Будапешта оооочень хотелось супа-гуляша, которого мы там как раз и не поели! Ресторан отличный. В самом центре крошечное помещеньице, незатейливая «деревенская» обстановка – клетчатые скатерки, горшки – мадьярский колорит. Мы взяли по полсупа каждый и ещё какого-то горячего. Чуть не сдохли от пережора! Очень вкусно, путеводитель не подвел.
После мы пошли домой. Нам надо было помыть головы, ноги и почистить уши- мы были званы в Хороший Венский Дом. Одевшись максимально прилично из нашего походного набора, лияно я надела новые серые замшевые сапоги Хуго Босс из , мы сели в трамвайчик ( на уже знакомой нам остановке) и поехали в гости.
В трамвае собак полагалось возить в намордниках и на поводке.

А наша ехала как человек на сидении:
Я и наш Пэт в трамвае!

У меня был вопрос – снимать ли обуватуру. Русские в гостях обычно разуваются, и всегда разуваются у русских в гостях. И вообще! На улице все таки был февраль и мы разулись. Там были графья, дипломаты и помещики, а также грузины! и все они были в обуви! Я так до сих пор и не знаю – как же правильно было поступить! Вернее знаю, но я не могла остаться в сапогах, там же была мама моей подруги! А я при мамах не могу ходить в уличных сапогах по коврам!
Вернемся в протоколу. Стол на двадцать персон внушал! Мы элегантно пили шампанское и белое вино. Потом белое кончилось и мы начали пить красное. Давали суп-гуляш и салат. Хозяюшка кричала, что салат не получился – но было очень вкусно. Оживленно беседовали на трех языках : по русски, по немецки и по грузински. После ужина дамы красиво перешли в мужскую комнату ( Херрову то есть, где херры должны диджестировать шерри, то бишь херес) и всласть поговорили о родах, замужах и мужах. И просто о мужиках. Это был замечательный вечер, и мы старались изо всех сил быть светскими, приятными и воспитанными. Но я много пила, много говорила и слишком много шутила, как впрочем и всегда.
По дороге обратно я зверски стерла ноги сапогами от Хуго и порадовалась, что в гостях шлепала своими босыми лапами в шоколадного цвета колготках и ничо мне не жало!

Продолжение следует!